ц ъебъзе

Валентинов день

Иван Вырыпаев

афишаПремьера состоялась 7 марта 2007
Режиссер-постановщик
- Виктор Рыжаков(Москва)
Художник - Виктор Рыжаков
Художник по свету - Дмитрий Крылов
Видеоарт - Максим Раменский
Помощник режиссера - Ольга Слепова
Звукорежиссер - Ирина Саурина

В спектакле звучит музыка Нино Рота

Спектакль идет без антракта

 

 

 

 

Действующие лица и исполнители

ВАЛЕНТИНА ФЕДОТОВА
РИММА БЕЛЯКОВА
ЮРИЙ КУДИНОВ
ТАТЬЯНА РОДИОНОВА
ГРИГОРИЙ АЛЕКСЕЕВ

фото - А.Леонтьева


Есть только две вещи: любовь и любовь

В академическом театре драмы имени И. А. Слонова состоялась премьера спектакля «Валентинов день» по пьесе Ивана Вырыпаева в постановке и сценографии лауреата Национальной премии «Золотая Маска» Виктора Рыжакова.
Вынесенный в зрительный зал помост, окаймленный, как артефактами на выставке современного искусства, несколькими десятками пустых бутылок по горизонтали и обрамленный вертикальными железными фермами. Белая стена с зеркальной дверью, где - то на уровне пожарного занавеса. Длинный деревянный белый стол, минимум реквизита и пятеро актеров , попадающих в луч света, что идет от проектора. Стена, временно работающая экраном, принимает черно - белое изображение горящих ночных окон городской многоэтажки. История, рассказанная Иваном Вырыпаевым, могла произойти и происходила за любым окном любого бессонного дома.
Поиски современных авторов превратились для м ногих отечественных театров в навязчивую , идею. 27 марта, в день профессио­нального своего, праздника, Олег Павлович Табаков намеревается открыть во дворе «Табакерки» единый памятник Володину , Вампилову и Розову (если смотреть слева направо), драматургам, во многом определившим развитие российского театра второй половины минувшего века. Три фигуры в человеческий рост обращены друг к другу, стоят, словно переговариваясь, в объятиях подворотни маленького московского дворика. Наверное, спустя годы нынешние молодые театралы тоже определят свою драматургическую троицу. В качестве одного из реальных претендентов мы бы уже сегодня могли предложить Ивана Вьрыпаева .
Раннюю пьесу свою «Валентинов день» он не очень любит. Это понятно тем, кто знает нынешние его, значительно более радикальные тексты. Нет, кажется, московской премьеры, о которой в последнее время критики писали бы осмысленнее, серьезнее и охотнее, чем о его «Июле» в театре «Практика» с залом в сто мест . Академические сцены, о нелюбви или недоверии к которым драматург не раз публично заявлял, живут по иным законам, чем пространства камерные. Во время показа знаменитого своего «Кислорода» в Саратове артисту Вырыпаеву (он - главный исполнитель собственного сочинения), на наш взгляд, не вполне удалось справиться с отведенной ему прямо на сцене академдрамы театральной территорией.
Момент это рабочий, достоинств спектакля не умаляющий, но важный в понимании законов существования так называемой новой драмы. Выйти к большой аудитории она как будто и сама не торопится, прикидываясь, что довольствуется малым. А театры, со своей стороны, призывать ее к решению репертуарных проблем опасаются. Как бы ни были они ленивы и нелюбопытны с точки зрения дерзких новаторов, но ума у них хватает понять, что встреча эта состояться без соответствующего посредника не может. Проще говоря, режиссер тут понимающий жизненно необходим.
Виктор Рыжаков вчитывается и вслушивается в тексты Вырыпаева не один год. И воплощает их на сцене - тоже. «Валентинов день», «Кислород», «Бытие № 2», «Июль» неразрывно связаны не только с авторским, но и с конкретным режиссерским именем. Обращение к одному и тому же названию в его случае не имеет никакого отношения к повторам и закреплениям найденного, утверждению однажды сделанных открытий или иным законспирированным синонимам творческого тиражирования .
Решительно отметая привычную актерскую игру, почти физиологически не вынося фальши во всех ее проявлениях, а сценических - особенно , чувствуя художественную правду Вырыпаева как камертон новой театральной интонации, а текст его как музыкальную практически структуру, мучимый всеми театральными несовершенствами, переходящими из эпохи в эпоху, Рыжаков добивается жертвенного почти общего актерского звучания. Ради того, чтобы мы услышали и восприняли Слово. Заново обрели к нему доверие. Вот напишешь: это нужно, чтобы выразить время и вместе с тем вернуть театр к тем истокам, где: каждое с лово и смысл самому себе соответственны. И сразу подумаешь: а что читатель из этого всего поймет? Придется ему посоветовать на «Валентинов день» сходить.
В строгом, графически ясном режиссерском рисунке увлеченные замыслом знакомые артисты словно заново рождаются внутри, кажется, самой банальной на свете истории про любовный треугольник длиною в жизнь. Михаил Рощин написал «Валентина и Валентину» в семидесятые. Вырыпаев на рубеже веков продлил жизнь героев одной из самых востребованных отечественных пьес.
Воплощенная мечта о связи времен наполнилась живым актерским дыханием, глубоким и ровным. Преображение Валентины Федотовой стоит увидеть. Можно, конечно, посчитать, сколько она сбросила ряди этой роли килограммов . Можно зафиксировать другое. То , например, как актриса умеет про­изнести «Любовь - это когда и в шестьдесят - любовь». А ты не просто ей веришь на слово, а словно наполняешься переданным ею в зрительный зал выстраданным знанием . Глядя на то, как озорно и отважно осваивает Римма Белякова новый для нее способ актерского существования, невозможно даже представить, что театральный Саратов уже поздравил ее с семидесятилетием . А моло­дые артисты Татьяна Родионова и Григорий Алексеев и вовсе здесь как в родной стихии, звенят, как натянутые струны, легко замешивая жизнь и игру на самых искренних и открытых чувствах. Юрий Кудинов, который все еще воспринимается некоторыми как играю­щий в драме артист театра АТХ вполне осознанно и сильно ведет родословную своего Валентина от лучших собственных работ в АТХ: скажем, Ислентьева в спектакле по Вла­димиру Казакову. И от этого не только актерски выигрывает, но и по - человечески вызыва­ет уважение и благодарность . Потому что прав , и все на свете не зря.
Прав, как тот, кто зовет это горькое и счастливое варево театра и любви незаживающим раем.

Ольга Харитонова «Саратовская областная газета» 14.03.2007

Лучший наш подарочек – это ты!

Иван Вырыпаев осчастливил саратовских театралов еще одним шедевром
Премьера спектакля «Валентинов день» по пьесе небезызвестного саратовцам молодого драматурга Ивана Вырыпаева в постановке московского режиссера, преподавателя школы-студии МХТ Виктора Рыжакова Театр драмы представил зрителям аккурат к международному женскому дню.
Сам Иван Вырыпаев (известен саратовцам по нашумевшему спектаклю «Кислород») определил «Валентинов день» как некое продолжение культовой пьесы Рощина «Валентин и Валентина», весьма популярной в70-е годы. Вырыпаев переосмыслил историю советских Ромео и Джульетты, превратив ее в постмодернистскую мелодраму. Сюжет спектакля прост. Валентин (Юрий Кудинов) и Валентина (Валентина Федотова) любят друг друга. Но волею судеб вместе им быть, не суждено. Девушка Катька, безнадежно влюбленная в Валентина, путем обмана женит его на себе. В итоге все трое становятся несчастными...
В «Валентиновом дне» Вырыпаев продолжает обыгрывать тему любовного треугольника, излюбленную им еще со времен дебютного фильма «Эйфория». С той лишь разницей, что один из участников этого треугольника, Валентин, умирает не насильственной смертью, а наступившей как результат многолетних метаний «меж двух огней» и тяжелых нравственных переживаний.
Что до накала страстей, то он у Вырыпаева как всегда впечатляет. В «Эйфории» героиня бросается в любовный омут с такой силой, что не только себя - дочку свою единственную забывает. В «Валентиновом дне» с любовью все тоже очень серьезно. Валентина влюбляется в Валентина «не потому, что хотела этого, просто так случилось...» Любовь у Вырыпаева всегда кошмарна, это -стихия, сопротивляться которой так же бесполезно, как бороться с цунами. А уж разрушения, которые она производит, по масштабу можно сравнить разве что с военными действиями. «Я полюбила и началась война...»
Если страсти, то роковые, если любовь, то до гроба. Похоже, выходцу из холодного города Иркутска не дают покоя лавры Эсхила и Софокла. Не исключено, что не обошлось здесь и без Вильяме нашего Шекспира, которому Вырыпаев, очевидно, пытается подражать.
Впрочем, есть в спектакле момент покруче эсхиловских страстей. Мысльо возможном, но так, увы, и несбывшемся прощении (сон Валентины) выводит «Валентинов день» на уровень куда более высокий, чем банальная лав-стори.
Продолжая разговор о достоинствах, можно с уверенностью сказать, что самое захватывающее в спектакле .- это игра актеров. Катька в блистательном исполнении Риммы Беляковой - без преувеличений шедевр. Масштаб метаморфозы поражает: вместо гранд-дамы, которой мы всегда привыкли видеть Римму Ивановну в жизни, перед нами предстает опустившаяся, глубоко несчастная старуха, которая пьет водку, ругается матом и прокуренным голосом поет под баян блатные песни. Все углы вКатькиной комнате заставлены бутылками из-под водки. Виктор Рыжаков использует эту «тару» в качестве дёкорации – он обставляет ею по периметру всю сцену. За этой оградой, словно за колючей проволокой, и происходит действие.
Если говорить о режиссерской стилистике, следует отметить, что «Валентинов день» - это совсем не тот театр, к которому мы все привыкли.
Определить это одним словом трудно, можно лишь сказать, что нечто подобное делал в свое время театр АТХ. Не случайно у бывшего атэховца Юрия Кудинова в этом спектакле словно выросли крылья. Что до остальных актеров (в спектакле также заняты Татьяна Родионова и Григорий Алексеев) , то тут остается лишь удивляться, как за такой короткий промежуток времени (репетиции шли всего полтора месяца) они сумели освоить столь непривычную для себя манеру игры.
Рыжаков умело играет театральными метафорами. Он символически переосмысливает знаменитый драматургический афоризм о том, что если на сцене висит ружье, то в финале оно обязательно выстрелит. В спектакле ружье стреляет целых два раза. Дважды Валентина пытается убить ненавистную соперницу, и дважды ее выстрелы оказываются холостыми...
«Валентинов день» -это, кроме всего прочего, еще и респект в сторону замечательных артисток Валентины Федотовой и Риммы Беляковой, у каждой из которых в этом году юбилеи. И хотя сам автор пьесы Иван Вырыпаев - личность весьма неоднозначная, постановка стоит того, чтобы быть подаренной таким актрисам.

Елена Балаян «Взгляд» 15-21 марта 2007 г .

История «про человеков»

В праздничные дни в драмтеатре состоялась давно обещанная саратовскому зрителю премьера по пьесе московского драматурга Ивана Вырыпаева «Валентинов день». Перед началом спектакля емкое, говорящее название постановки помимо воли наводило на мысль о том, что труппа чуть-чуть не подгадала и досадно промахнулась с числом.
Однако уже с первых минут действа стало понятно, что пронзительная и одновремённо слегка комичная повесть о настоящей, любви не может быть привязана к датам. Особенно впечатлился зал: в финальных аккордах пьесы можно было увидеть редкое для генерального прогона, зрелище - публика аплодировала актерам стоя.
Не так давно, в свой ноябрьский приезд в Саратов с неоднозначной пьесой «Кислород», столичный автор Иван Вырыпаев уже «познакомил» театралов с постоянной составляющей своего творческого тандема - режиссером Виктором Рыжаковым. Знакомство, правда, носило чисто номинальный характер: около двадцати лет назад Рыжаков уже покорял саратовские подмостки, хотя и в качестве одного из актеров.
Свою премьерную работу на саратовской сцене режиссер посчитал нужным предварить обращением к зрительному залу: «Это история про нас человеков. То, что вы хотите услышать, вы услышите. Мы оставляем за собой право ошибаться, бояться и надеемся с вашей помощью прёодолеть минутные страхи. Актёры настолько талантливы, что могут позволить себе играть безответственно, о чем я их и просил». Впрочем, никакая другая игра кроме«безответственной» и не могла идеально соответствовать читаемому со сцены тексту. Пьеса Михаила Рощина «Валентин и Валентина» в интерпретации и вольном продолжении Вырыпаева получилась не только растянутой во времени и сочетающей в себе все три временных пласта - прошлое, настоящее и будущее - но и сюжетно и композиционно целостной и почти по-женски эмоциональной. По ходу спектакля постоянной во времени и пространстве остается лишь главная героиня Валентина, которую сыграла народная артистка России Валентина Федотова. Остальные герои - молодой и средних лет Валентин и юная и состарившаяся Катя - на сцене не только взаимозаменяемы, но, по воле режиссера, не раз пересекаются и даже подыгрывают друг другу. Особенно, когда дело касается воспоминаний и действие отдаляется от реального времени и разворачивается по большей, части в голове обеих героинь, продолжающих соперничать за любимого мужчину даже после его смерти.
Рассказанная драматургом любовная история в принципе тривиальна. Нет ничего необычного в том, что полюбившие друг друга с юности Валентин и Валентина становятся жертвами собственной и чужой ревности и непонимания. В результате вмешавшаяся в их отношения соседка Валентина простушка-Катя неожиданно для себя самой становится женой парня, в которого влюблена, а по сути - всего лишь одним из ребер любовного треугольника. Герой же мечтает только об одном - отомстить своей женитьбой якобы предавшей его возлюбленной. Когда же правда выясняется, все трое оказываются уже неразрывно связанными друг с другом.
Но это только кажется, что судьбы героев разрушила недалекая проводница Катя, откровенно не слышащая мужа, а на старости лет складирующая дома пустые бутылки из-под водки. По злому стечению обстоятельств, она и Валентина вынуждены коротать одинокую старость в близком соседстве. И хотя спустя двадцать лет после смерти любимого человека Валентина гоняется за Катей с ружьем, больше не в силах выносить ее словоохотливого присутствия, под конец пьесы героини признаются друг другу в любви. Кроме собственного одиночества и общих воспоминаний о Валентине у них в жизни больше ничего не осталось.
Происходящее на сцене можно назвать каким угодно - только не скучным. И в этом заслуга режиссера, сдобрившего излишне лирические эпизоды изрядной долей юмора. Иногда это неприкрытый фарс, иногда - мелодрама с пикантными нотками трагикомизма. На все это наслаиваются подчас весьма пронзительные реплики персонажей о жизни, ожидании и любви. Чего тут говорить: взрывоопасная смесь, и не только к 8 марта.

Екатерина Богданова «Богатей» N 9, 15.03.2007

© 2001-2007 Виртуальный Артистический Клуб (VAC)